Простила, но проверяю телефон

Он в душе. Телефон на тумбочке.
Вы простили. Месяц назад, вслух.
А рука уже тянется.

Вы не ревнивая и не «больная». После удара психика ищет, откуда прилетит следующий. Только проверка не даёт того, за чем вы к ней идёте. И у этого есть цифры — из опытов с плитой, больницей и играми на деньги.

Вы посмотрите. Там чисто. Отпустит минут на десять. А потом: «Он мог удалить». И всё сначала. Вы злитесь на себя: простила же, обещала не лезть.

Вы не одна. В опросе 268 американских студентов две трети признались, что тайком проверяли партнёра. Чаще всего — пока тот был в душе (Дерби, Нокс и Истерлинг, 2012).

В этом выпуске пять формул: почему тянет проверять, почему проверка не успокаивает и из чего на самом деле собирается доверие. Потом один миф, одна гипотеза и три шага.

Сразу оговорюсь. Это про пары, где измена закончилась и оба хотят остаться вместе. Если обман продолжается или вам рядом с ним страшно — это другой разговор, о нём ниже.

Формула №1

Измена может отзываться как травма

Роос с коллегами (2019) опросила 73 человек, в среднем 19 лет, которым за последние пять лет изменил партнёр. В браке они не были, но отношения считали серьёзными. У 33 из них, это 45%, набор симптомов по опроснику соответствовал вероятному посттравматическому стрессу. Так называют состояние, когда человека преследуют воспоминания, он избегает всего, что о них напоминает, и всё время настороже.

У Кано и О’Лири (2000) было две группы замужних женщин, по 25 человек, с похожим уровнем разлада в браке. В одной недавно случилась измена мужа или угроза развода. Депрессивный эпизод там диагностировали в шесть раз чаще.

Настороженность — часть этого состояния. Я читаю это так: удар пришёл оттуда, где было безопасно, и психика поставила на этом месте сторожа. В том же опросе студентов те, кому раньше изменяли, проверяли партнёра чаще остальных; связь слабая.

И ещё одно. Чаще проверяют те, у кого тревожная привязанность: в исследовании Тары Маршалл с коллегами (2013) такие люди чаще заглядывали на страницу партнёра в соцсети и сильнее ревновали. Какая привязанность у вас, подскажет тест «Тип привязанности»: две минуты.

Проверка — не испорченный характер. Я читаю её как сторожа, которого психика поставила после удара.

Формула №2

Девятнадцать проверок — и меньше веры своей памяти

Монреаль, Университет Конкордия. Адам Радомски с коллегами (2006) привёл студентов в лабораторную кухню с настоящей плитой; в расчёт вошли 50 человек. Каждый один раз включил, выключил и проверил конфорки и оценил, насколько доверяет своему воспоминанию об этом. Потом половина проделала то же ещё девятнадцать раз подряд, а вторая половина столько же раз проверяла кран. В конце все снова проверили плиту и поставили ту же оценку.

У проверявших кран уверенность осталась прежней: 97 и 98 баллов из 100. У проверявших плиту упала с 95 до 80. Воспоминание стало бледнее и беднее деталями. Ошибались при этом редко. А в том, что плита выключена, студенты сомневаться не стали: 97 баллов до и после. Память почти не подвела. Подвела вера в неё.

Тремя годами раньше то же показали Марсел ван ден Хаут и Мерел Киндт (2003) на плите, нарисованной на экране компьютера: проверка не убавляла сомнений, а растила их. Сводка 2019 года собрала уже 28 таких опытов, больше 1 600 участников. Эффект большой и повторяется.

Плита — не телефон. Но ход знакомый: вчера смотрела, позавчера смотрела, сегодня посмотрела — и тут же «а вдруг пропустила?».

Проверка не добавляла веры своей памяти. В этих опытах она её съедала.

Формула №3

Отпускает ненадолго. Потом возвращается

Британская больница, статья 1997 года. После гастроскопии врач говорил пациенту: ничего серьёзного нет. Лукок с коллегами замерял тревогу за здоровье и уверенность, что болезнь серьёзная: до процедуры, сразу после этих слов, через сутки, неделю, месяц и год. Из 60 пациентов в исследовании остались 50; на поздние вопросы ответили не все.

Сразу после слов врача тревога падала. У самой тревожной трети она вернулась уже через сутки и держалась весь год. У остальных спокойствие сохранилось.

Пол Салковскис и Осаму Кобори (2015) расспросили 153 человека с навязчивостями, 50 с паническим расстройством и 52 здоровых. У тревожных после успокоения — короткое облегчение, а потом возвращаются и беспокойство, и желание спросить ещё раз. У здоровых такого возврата не было.

А если проверять неделю подряд? У ван Ёйен и Тоффоло (2015) 90 здоровых студентов разделили на три группы. Первая неделю ежедневно выполняла проверки, типичные для людей с навязчивостями. Вторая только отмечала свои обычные проверки, третья жила как жила. У первой за неделю выросла оценка того, насколько серьёзна угроза. У двух других — нет.

Проверка работает как обезболивающее: помогает ненадолго. А угроза в голове после недели проверок в том опыте стала крупнее.

Формула №4

Под присмотром честность мало что доказывает

Допустим, в телефоне чисто. Что это доказывает?

Морис Швейцер из Уортонской школы с коллегами (2018) провёл серию из четырёх опытов. В первом 160 человек играли парами на деньги. Один доверял партнёру очки, второй решал, сколько вернуть. Часть раундов первый игрок видел, как поступил второй, часть — нет. Примерно в половине пар второй заранее знал, увидят его ход или нет.

Когда знал, что увидят, он возвращал больше, чем получил, в 88% раундов. Когда знал, что не увидят, — в 35%. А первые игроки, по выводу авторов из всей серии, этого не разгадали. Послушание под присмотром они принимали за надёжность. И ошибались, когда присмотра не было.

Отсюда, по аналогии, ловушка. Если он знает, что вы смотрите, чистый телефон говорит о телефоне, а не о нём. Если не знает — вы узнаёте правду ценой собственной тайны.

Есть и вторая сторона: что происходит с тем, кто следит. В опыте Стрикленда (1958) «начальники» меньше доверяли тому из двух работников, за кем им пришлось чаще следить. В 136 молодых парах женщины, которые следили за партнёром через телефон и интернет, меньше ему доверяли и сильнее ревновали (Литт и Родригес, 2022). А в опросе студентов 28% ответили, что из-за тайной проверки отношения стали хуже, 18% — что крепче.

Чистый телефон — ещё не доверие. Доверие берётся из другого места.

Формула №5

Доверие возвращают поступки

Из чего оно сделано? В классической работе Джона Ремпела, Джона Холмса и Марка Занны (1985) доверие разложили на три части. Предсказуемость: я знаю, как он себя поведёт. Надёжность: на него можно положиться, когда я уязвима. И вера: что бы ни случилось, он будет со мной бережен. С любовью и счастьем в паре теснее всего была связана третья.

Проверкой телефона можно добыть разве что первую часть: это уже моё прочтение. Вторая и третья растут иначе — когда вы видите, что он мог выбрать своё, а выбрал вас. Сандра Шеллкросс и Джеффри Симпсон (2012) записали на видео 92 пары: партнёры по очереди просили друг друга о том, что требует серьёзной жертвы. Чем больше партнёр шёл навстречу, тем заметнее вырастало доверие просившего за время разговора. Это наблюдение, не эксперимент.

А как доверие чинится? Тот же Швейцер с Джоном Херши и Эриком Брэдлоу (2006) устроил 262 участникам игру на деньги из семи раундов. Ходы партнёра были заданы заранее. Первые два раунда он ничего не возвращал. Следующие пять — возвращал половину.

После серии честных ходов доверие возвращалось. Обещание «дальше буду делиться» ускоряло начало. Одно «прости» заметно не помогало. И ещё: если к нечестным ходам добавлялась ложь, доверие до конца игры полностью не восстановилось — даже после извинений, обещаний и честных ходов.

В этих опытах доверие возвращало не одно «прости». Его возвращали честные ходы — раз за разом.

Гипотеза выпуска

Правда вслух и прошлое по порядку

В моей выпускной работе о созависимых отношениях есть гипотеза: терапия тем результативнее, чем лучше человек упорядочил своё прошлое, и тем слабее, чем больше он избегает правды. Сразу скажу: та работа — разбор клиентских случаев, цифрами гипотезу я не проверяла.

После измены я читаю её так. Доверие возвращается там, где случившееся разобрано по порядку и правда сказана вслух. Не там, где её добывают тайком. Тайная проверка — тоже способ узнать правду. Только в обход разговора. У исследователей слова другие, а наблюдения рядом.

Понять, как это стало возможным. У Кристины Гордон, Дональда Баукома и Дугласа Снайдера (2004) программа для пар после измены идёт в три этапа: справиться с ударом, разобраться, почему это случилось, и решить, как жить дальше. В пилоте было шесть пар и не было группы сравнения. К концу большинству стало легче, обманутые партнёры сообщили о большем прощении.

Тайна и развод шли рядом. Ребека Марин с коллегами (2014) до пяти лет после курса терапии следила за 19 супружескими парами, где была измена. Где измену скрывали и во время терапии, развелись четыре пары из пяти. Где она раскрылась до или во время терапии — шесть из четырнадцати. А те, кто сохранил брак, не отличались по довольству им от других пар из того же исследования.

Сказал сам или поймали. Валид Афифи с коллегами (2001) опросил 115 студентов, переживших измену. По пересказам этой работы, отношения сохранились у 56% тех, кому партнёр признался сам, и у 17% тех, кто застал его с поличным. Проверку телефона там не изучали.

Слов «упорядочить прошлое» в этих работах нет. В одну гипотезу их связала я. Пока это гипотеза. Проверяемая.

Если гипотеза верна, главный вопрос не «что у него в телефоне», а «что между вами сказано вслух».

Что делать

Три шага с опорой на исследования

1. Дайте волне время. Когда потянет проверить, поставьте таймер. Не «никогда», а «не сейчас». В опыте Джонатана Абрамовица и Элизабет Мур (2007) 27 пациентам с тревогой о здоровье показывали то, что их пугает, и час следили за тревогой. Тем, кто после этого перестраховался, полегчало. Тем, кого попросили этого не делать, полегчало тоже, только постепенно. Начните с двадцати минут: это мой совет, не цифра из опыта.

2. Спросите вслух. Не «дай телефон», а «мне сейчас тревожно. Расскажи, с кем ты сегодня переписывался». Разница в том, чей это ход. Когда он отвечает сам, вы видите его поступок. Когда добываете тайком, поступка нет: есть улика или её отсутствие. Спросите один раз, не по кругу: расспросы ради успокоения работают как та же проверка. У Афифи, по пересказам, отношения страдали меньше всего, когда партнёр признавался сам, не дожидаясь вопроса. Спросить вслух — мой совет, а не вывод опроса.

3. Назовите три поступка. Запишите, по каким его действиям вы поймёте, что ему можно верить. Например: сам говорит, где он; сам рассказывает о том, что могло бы вас задеть; не оставляет вопрос без ответа. Скажите ему об этом. И считайте эти поступки, а не свои проверки. В игре Швейцера доверие возвращала серия честных ходов. А у Пегги Хэннон с коллегами (2010) чем больше виновник заглаживал вину, тем больше было прощения и тем полнее историю удавалось закрыть. Это работа двоих.

Отложить. Спросить. Считать его ходы.

Вы проверяете не потому, что с вами что-то не так. Вы ищете опору.
Похоже, в чужом телефоне её нет. Я ищу её в правде, сказанной вслух, и в поступках — день за днём.

Обнимаю 💛
Юлия Исакова, психолог-консультант

Статья носит просветительский характер и не заменяет индивидуальную работу со специалистом. Если в отношениях есть угрозы, насилие или вам небезопасно — звоните 112 или на всероссийский телефон доверия для женщин 8-800-7000-600 (звонок без оплаты).

Исследования, на которые опирается статья

1. Derby, K., Knox, D., & Easterling, B. (2012). Snooping in romantic relationships. College Student Journal, 46(2), 333–343.
2. Roos, L. G., O’Connor, V., Canevello, A., & Bennett, J. M. (2019). Post-traumatic stress and psychological health following infidelity in unmarried young adults. Stress and Health, 35(4), 468–479.
3. Cano, A., & O’Leary, K. D. (2000). Infidelity and separations precipitate major depressive episodes and symptoms of nonspecific depression and anxiety. Journal of Consulting and Clinical Psychology, 68(5), 774–781.
4. Marshall, T. C., Bejanyan, K., Di Castro, G., & Lee, R. A. (2013). Attachment styles as predictors of Facebook-related jealousy and surveillance in romantic relationships. Personal Relationships, 20(1), 1–22.
5. Radomsky, A. S., Gilchrist, P. T., & Dussault, D. (2006). Repeated checking really does cause memory distrust. Behaviour Research and Therapy, 44(2), 305–316.
6. van den Hout, M., & Kindt, M. (2003). Repeated checking causes memory distrust. Behaviour Research and Therapy, 41(3), 301–316.
7. van den Hout, M. A., van Dis, E. A. M., van Woudenberg, C., & van de Groep, I. H. (2019). OCD-like checking in the lab: A meta-analysis and improvement of an experimental paradigm. Journal of Obsessive-Compulsive and Related Disorders, 20, 39–49.
8. Lucock, M. P., Morley, S., White, C., & Peake, M. D. (1997). Responses of consecutive patients to reassurance after gastroscopy: Results of self administered questionnaire survey. BMJ, 315(7108), 572–575.
9. Salkovskis, P. M., & Kobori, O. (2015). Reassuringly calm? Self-reported patterns of responses to reassurance seeking in obsessive compulsive disorder. Journal of Behavior Therapy and Experimental Psychiatry, 49(Part B), 203–208.
10. van Uijen, S. L., & Toffolo, M. B. J. (2015). Safety behavior increases obsession-related cognitions about the severity of threat. Behavior Therapy, 46(4), 521–531.
11. Schweitzer, M. E., Ho, T.-H., & Zhang, X. (2018). How monitoring influences trust: A tale of two faces. Management Science, 64(1), 253–270.
12. Strickland, L. H. (1958). Surveillance and trust. Journal of Personality, 26(2), 200–215.
13. Litt, D. M., & Rodriguez, L. M. (2022). A dyadic examination of interpersonal electronic surveillance. Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking, 25(8), 489–495.
14. Rempel, J. K., Holmes, J. G., & Zanna, M. P. (1985). Trust in close relationships. Journal of Personality and Social Psychology, 49(1), 95–112.
15. Shallcross, S. L., & Simpson, J. A. (2012). Trust and responsiveness in strain-test situations: A dyadic perspective. Journal of Personality and Social Psychology, 102(5), 1031–1044.
16. Schweitzer, M. E., Hershey, J. C., & Bradlow, E. T. (2006). Promises and lies: Restoring violated trust. Organizational Behavior and Human Decision Processes, 101(1), 1–19.
17. Exline, J. J., Worthington, E. L., Jr., Hill, P., & McCullough, M. E. (2003). Forgiveness and justice: A research agenda for social and personality psychology. Personality and Social Psychology Review, 7(4), 337–348.
18. Worthington, E. L., Jr., Witvliet, C. V. O., Pietrini, P., & Miller, A. J. (2007). Forgiveness, health, and well-being: A review of evidence for emotional versus decisional forgiveness, dispositional forgivingness, and reduced unforgiveness. Journal of Behavioral Medicine, 30(4), 291–302.
19. Lichtenfeld, S., Buechner, V. L., Maier, M. A., & Fernández-Capo, M. (2015). Forgive and forget: Differences between decisional and emotional forgiveness. PLOS ONE, 10(5), e0125561.
20. McCullough, M. E., Luna, L. R., Berry, J. W., Tabak, B. A., & Bono, G. (2010). On the form and function of forgiving: Modeling the time–forgiveness relationship and testing the valuable relationships hypothesis. Emotion, 10(3), 358–376.
21. Luchies, L. B., Finkel, E. J., McNulty, J. K., & Kumashiro, M. (2010). The doormat effect: When forgiving erodes self-respect and self-concept clarity. Journal of Personality and Social Psychology, 98(5), 734–749.
22. Gordon, K. C., Baucom, D. H., & Snyder, D. K. (2004). An integrative intervention for promoting recovery from extramarital affairs. Journal of Marital and Family Therapy, 30(2), 213–231.
23. Marín, R. A., Christensen, A., & Atkins, D. C. (2014). Infidelity and behavioral couple therapy: Relationship outcomes over 5 years following therapy. Couple and Family Psychology: Research and Practice, 3(1), 1–12.
24. Afifi, W. A., Falato, W. L., & Weiner, J. L. (2001). Identity concerns following a severe relational transgression: The role of discovery method for the relational outcomes of infidelity. Journal of Social and Personal Relationships, 18(2), 291–308.
25. Kröger, C., Reißner, T., Vasterling, I., Schütz, K., & Kliem, S. (2012). Therapy for couples after an affair: A randomized-controlled trial. Behaviour Research and Therapy, 50(12), 786–796.
26. Versluis, A., Verkuil, B., & Brosschot, J. F. (2016). Reducing worry and subjective health complaints: A randomized trial of an internet-delivered worry postponement intervention. British Journal of Health Psychology, 21(2), 318–335.
27. McGowan, S. K., & Behar, E. (2013). A preliminary investigation of stimulus control training for worry: Effects on anxiety and insomnia. Behavior Modification, 37(1), 90–112.
28. Gorman, E. L., Goodson, J. T., & Haeffel, G. J. (2023). Reducing safety behaviors to prevent anxious symptoms: A pre-registered prevention intervention study. Cognitive Behaviour Therapy, 52(6), 641–653.
29. Abramowitz, J. S., & Moore, E. L. (2007). An experimental analysis of hypochondriasis. Behaviour Research and Therapy, 45(3), 413–424.
30. Hannon, P. A., Rusbult, C. E., Finkel, E. J., & Kumashiro, M. [в журнале напечатано: Kamashiro] (2010). In the wake of betrayal: Amends, forgiveness, and the resolution of betrayal. Personal Relationships, 17(2), 253–278.
31. Исакова Ю. В. (2022). Аутоординационное направление в психологии и психотерапии созависимых отношений: выпускная квалификационная работа. Москва: Международный институт психологии и психотерапии аутоординационного направления.